Генри Райдер Хаггард. Она -
2 >
вместе со своим закадычным другом в Кембриджском университете. Однажды я
увидел двух джентльменов, которые прогуливались рука об руку по улице, и
был поражен их наружностью. Один из них был необыкновенно красивый молодой
человек, высокого роста, широкоплечий, с прирожденной грацией в движениях,
со спокойным и уверенным видом. У него было прекрасное, безукоризненно
правильное лицо, а когда он аил шляпу, увидев какую-то даму, то я обратил
внимание, что волосы его вились золотистыми кудрями.
- Заметил ты этого человека? - спросил я своего друга. - Он похож на
ожившую статую Апполона... Какой красавец!
- Да, - ответил мой приятель, - это редкий красавец и милейший
человек! Его прозвали "греческим божком". Взгляни на другого! Это опекун и
ангел-хранитель. Его называют "Хароном", вероятно, вследствие его
отталкивающей внешности, или потому, что он перевез свое опекаемое детище
по глубоким и мутным водам экзамена. Правда, точно не знаю.
Я посмотрел на старшего джентльмена и нашел его не менее интересным,
чем его красивый спутник. Второму джентльмену можно было дать около 40 лет;
он был настолько же безобразен, насколько хорош шедший рядом с ним юноша.
Коротенький, хромой, со впалой грудью и несоразмерно длинными руками, он
имел темные волосы и маленькие глазки. Лоб его зарос волосами, а бакенбарды
начинались чуть ли не от глаз, так что из-под волос почти не видно было
лица. В общем, он напомнил мне гориллу, хотя в глазах его и мелькало что-то
притягивающее внимание. Помню, я сказал, что очень хотел бы познакомиться с
ним.
- Отлично! - ответил мой приятель. - Ничего нет легче! Я знаю Винцея и
познакомлю тебя с ним!
Он так и сделал, и через несколько минут мы уже весело болтали о том о
сем. В это время мимо нас прошла низенькая леди в сопровождении хорошенькой
девушки. Мистер Винцей, очевидно, знакомый с дамами, тотчас же