Генри Райдер Хаггард. Скиталец -
29 >
сестра слишком долго смеялась надо мной. Она увидит теперь, что вся ее
женская хитрость не поможет ей превзойти меня в игре, что сын моего
царственного отца, будущий фараон, - выше всякой женщины. Я принимаю твой
вызов, Мериамун!
- Хорошо князь, - вскричала она, - после солнечного заката ты найдешь
меня в моей первой комнате. Возьми с собой писца, чтоб отмечать игру. Реи
будет судьей. Но не пей вина сегодня вечером! Иначе я выиграю твою ставку!
Менепта ушел, а Мериамун громко засмеялась. Но я предвидел беду.
Ставки были слишком высоки, игра слишком неожиданна. Мериамун не хотела
слушать меня, она всегда своенравна.
Солнце зашло, и два часа спустя Менепта пришел в сопровождении писца,
найдя Мериамун уже готовой к игре. Перед ней на столе лежала квадратная
доска. Он молча сел и спросил, кто начнет игру.
- Погоди, - возразила Мериамун, - надо приготовить ставки!
Сняв с головы царственную змейку, она распустила свои дивные волосы и
передала мне свою ставку.
- Если я проиграю, - заметила она, - то никогда не буду носить
царственный уреус!
- Пока я жив, ты не будешь его носить! - отвечал Менепта, снимая свой
уреус и подавая мне.
Между обоими уреусами была значительная разница. На короне Мериамун
была одна змея, а Менепты - двойная.
- Да, Менепта, - произнесла Мериамун, - быть может, Осирис, бог
смерти, ожидает тебя, он ведь любит великих людей. Начинай игру!
При этих зловещих словах Менепта нахмурился, но с готовностью начал
игру. Мериамун играла спокойно и небрежно. Менепта выиграл первую игру и с
криком: "Фараон" умер!" - сбросил пешки с доски.
- Каково я играю! - сказал он насмешливо. - Совсем по-женски: вы
умеете нападать, но не защищаться.
- Не хвались, Менепта! - перебила Мериамун. - У нас две игры впереди.
Я начинаю!
Вторую игру выиграла Мериамун и, крикнув: "Фараон" умер!" - сбросила