Генри Райдер Хаггард. Ласточка -
52 >
чему попало, поворачивая его во все стороны как бревно.
Избив его чуть ли не до полусмерти, Ральф наконец опомнился и,
оттолкнув от себя так, что Пит ударился головой о камень, поднялся на ноги.
- Я дал клятву не убивать тебя, а потому и ограничился только этим
наказанием! - проговорил он, тяжело отдуваясь. - Но если ты осмелишься
сделать еще что-либо подобное, то так дешево не отделаешься от меня... А
чтобы ты не позабыл этого, то вот тебе на память.
С этими словами Ральф еще несколько раз ударил своего врага хлыстом по
лицу. Хотя эти удары были и не сильны, но, тем не менее, на скулах и
широком носу Пита сейчас же выступили красные полосы, которые должны были
надолго обезобразить и без того некрасивое его лицо.
После этого наш будущий зять вскочил на лошадь и направился домой.
Сначала Черный Пит как будто не чувствовал ударов бича по своему лицу,
но лишь только Ральф успел отъехать на несколько шагов, Пит с трудом
поднялся на ноги и крикнул вслед своему сопернику прерывающимся от боли,
гнева и стыда голосом:
- Я тебе этого никогда не забуду, подлый найденыш... нищий...
английская собака!.. Мы еще увидимся с тобой, только при других
обстоятельствах... я тебе тогда отплачу. А теперь вот получай пока задаток!
Раздался выстрел, и Ральф почувствовал, как что-то пролетело мимо его
уха и содрало у него на щеке кожу.
Он обернулся и хотел было возвратиться; но, к счастью, вовремя
одумался, пришпорил лошадь и ускакал, избежав, таким образом, смертельной
опасности.
Я забыла прибавить, что хотя у Пита и был с собой кафр, но он не
оказал никакой помощи своему господину, отчасти потому, что почти все кафры
трусливы и никогда не вмешиваются в ссоры белых, а отчасти, быть может, и
потому, что этот кафр не любил Пита за его жестокое обращение со своими