Генри Райдер Хаггард. Ласточка -
23 >
руку, желая ободрить.
Смотрела, смотрела я на этих чудаков, да вдруг расхохоталась и
сказала:
- Все вы точно костры из сирого хвороста: как ни пыжитесь - все не
можете разгореться. А интересно будет видеть, кто из вас раньше вспыхнет.
Эти слова, а в особенности смех, задели самолюбие мужчин; я давно
знала, что они не любят насмешек над собой со стороны женщин.
- Мне нужно сказать кое-что, - разом проговорили Ян и Ральф и
остановились, с беспокойством глядя друг на друга.
- Дай же мне говорить, - добавил Ян. - Зачем ты мне помешал? Успеешь
сказать и потом.
- Извини, отец, это случилось нечаянно. Я вовсе не хотел мешать
тебе, - ответил Ральф.
Я поняла, что он опасается со стороны Яна выговора за Сузи, хотя мой
старик (тогда он, впрочем, вовсе еще не был стариком) ровно ничего не знал
о том, что угадала я своим материнским чутьем.
- Извинение принимаю, хотя я тебе не отец, - отрезал Ян, стараясь не
смотреть на Ральфа.
- Я называю вас отцом по привычке, - проговорил молодой человек,
изменившись в лице. - Если вам это теперь не нравится, то я...
- Мне-то нравится, - перебил грустно Ян, - но... видишь, в чем дело,
мальчик: я и мать в большом горе... Мы, то есть, они...
Бедный Ян запутался, замолчал и снова принялся усиленно cocaть трубку.
Ральф сидел молча, ожидал, что будет дальше.
- Ральф, - немного погодя опять заговорил Ян, - они хотят отнять тебя
у нас!
- Кто "они"? - с недоумением спросил Ральф.
- Да эти проклятые англичане, черт бы их побрал!
- Англичане! - вскричал Ральф. - Зачем же я понадобился им?
Выпустив целое облако дыма, Ян продолжал:
- Ральф, ты знаешь, каким образом ты попал к нам и как стал нам дорог.
Мы думали, что все твои родственники погибли, когда разбился корабль, на
котором ты плыл, и что о тебе совершенно забыли; но оказывается, мы